В фильмографии Дмитрия много знаковых ролей. Особое место в галерее образов занимает криминальный авторитет Фома в сериале «Невский», принесший актеру популярность. Показ восьмого сезона проекта продолжается на НТВ. А еще зрители «Иви» недавно увидели Паламарчука в новом ретродетективе «Число зверя». Мы привыкли к актеру в образах оперативников, следователей, спецназовцев – сильных мужчин с жестким взглядом. Но он намерен меняться. В беседе с DOC.ru Дмитрий Паламарчук по-новому открывается, рассуждая о своих мечтах и планах, режиссерских задумках, возможном участии в исторических проектах, отношении к дочери, алкоголю…
Читайте также: Сериал «Невский»: что будет в 8-м сезоне
Дмитрий, на днях стартовал восьмой сезон «Невского». Сериал идет много лет. Что сложнее сохранять при работе над таким длинным проектом – физическую форму или внутреннее состояние героя?
Наоборот, с каждым годом становится все легче. Если изначально ты еще не до конца понимаешь сам проект и персонажа, его устройство, ориентиры и основы, то со временем узнаешь его все лучше. Как и любого человека: сначала вы знакомитесь, а затем постепенно, год за годом узнаете друг друга. Так же и с ролью, и с проектом «Невский». С каждым годом отношения героев становятся все более понятными, а интерес к персонажу только растет. Появляется все больше личных ощущений.
Как на протяжении этих лет изменились ваши отношения с Антоном Васильевым?
С Антоном у нас всегда были хорошие отношения. Мы не так много общаемся, в основном на съемочной площадке, но следим за жизнью друг друга.
Если бы вы могли придумать финал истории Фомы, каким бы он был? Этот персонаж заслужил искупление?
Я не хотел бы выносить какие-то вердикты или судить Алексея Леонидовича. Этот персонаж создан автором Андреем Тумаркиным, и только ему решать, какая судьба ждет героя. Но после такого количества совершенных преступлений и действий, противоречащих основным христианским заветам, Алексей Леонидович должен понести какое-то наказание. Это может быть судебное наказание, по закону или, возможно, наказание духовного плана.
Искупление – сложный путь, который Алексею Леонидовичу, возможно, предстоит пройти. Не исключаю, что это произойдет за кадром. Это известно только автору проекта.
Замечаете ли вы, как меняется отношение зрителей к Фоме от сезона к сезону, и откликается ли это в вашей работе над ролью?
Я обратил внимание на то, что за это время вокруг проекта «Невский» выросло целое поколение. Дети и подростки, которые когда-то смотрели сериал вместе с родителями, постепенно становились самостоятельными зрителями. Поэтому аудитория проекта за последние несколько лет расширилась и стала более разновозрастной. Это ощущается и по обратной связи в социальных сетях, и по личному общению. Я вижу, что зритель проекта заметно молодеет.
Какой момент из «Невского» чаще всего вспоминают поклонники, когда подходят к вам на улице?
Люди обычно не подходят и не говорят: «Нам запомнился тот или этот эпизод». Но по косвенным признакам, например по TikTok и Reels, я понимаю, что зрителей особенно трогают истории, связанные с Фоминым и жизнью простых людей. Бандитские и криминальные разборки интересуют их меньше. Гораздо сильнее откликаются понятные ситуации: например, когда нужно восстановить справедливость для матери, чью дочь изуродовал какой-то человек, или защитить небольшую шаверму в городе. Людей больше привлекает то, что им близко и знакомо. Им нравится видеть в Фомине городского защитника, своего рода темного рыцаря Петербурга.
Вы говорили, что хотели бы сыграть уязвимого персонажа. Позволяет ли сценарий «Невского» показывать слабость Фомы?
У всех людей есть свои слабости. На самом деле, чем агрессивнее и визуально сильнее человек, тем больше собственных слабостей он может скрывать. Мне кажется, главная слабость Алексея Леонидовича – неумение идти на уступки и искать обходные пути. Он всегда идет напролом, напрямую. Зачастую пытается компенсировать отсутствие стратегии агрессивностью и жестокостью, и это приводит его к более запутанным ситуациям, чем они могли бы быть при большей пластичности и гибкости.
Зрителю полюбился еще один проект с вашим участием – «Число зверя». Из-за неторопливого темпа повествования сериал сравнивают с «Фишером». Согласны ли вы с такой аналогией?
Я не возьмусь отвечать на этот вопрос: не смотрел «Фишера». Понимаю, что, скорее всего, проекты находятся в одной категории. Это исторические ретродетективы, посвященные расследованию серийных убийств, поэтому логично, что их сравнивают. Но во время работы над «Числом зверя» я специально не стал смотреть «Фишера» и до сих пор его не видел.
Известно, что релиз вашего сериала откладывался несколько лет. Как вы считаете, выиграл ли проект от того, что вышел к зрителю именно сейчас, в 2026 году?
Думаю, что выиграл. Когда мы его снимали, сериалов такого жанра, ретродетективов, было много. Помню, переживал: мы можем оказаться среди прочих и остаться незамеченными. Но перерыв между съемками и показом, наверное, дал зрителю возможность немного отдохнуть и соскучиться по таким проектам. Мне кажется, момент был правильно выбран, и хорошо, что зритель увидел сериал именно сейчас.
Вы говорили, что устали от однотипных ролей следователей и бандитов и хотели бы воплощать «маленьких» людей – ранимых, травмированных, закомплексованных. Вам такие роли вообще предлагают? И готовы ли вы отказаться от успешных сериалов в пользу проектов, в которых вы сможете раскрыть свой потенциал, но зритель «не поймет»?
Да, конечно. Не очень понимаю, что значит «зритель не поймет». У каждого проекта своя аудитория. В этом, возможно, и заключается отличительная черта искусства: в нем нет абсолютной оценки. Мы не можем с полной уверенностью сказать: «Это хороший продукт, а это плохой», «Это понятный продукт, а это непонятный». Искусство, кинематограф – это видение, ощущение, чувство, определенный опыт, который автор вкладывает в свое произведение, будь то художник, скульптор или режиссер. Наверняка найдется человек, которому это отзовется, который почувствует и поймет эту работу, для которого она станет открытием, впечатлением или яркой эмоцией. Вопрос скорее в том, что одни произведения становятся популярными среди большого количества людей. Они понятны широкой аудитории, и больше людей становятся их зрителями. Но я с удовольствием работал бы и в небольших проектах, в художественных высказываниях или авторском кино. Мне нравится разное искусство и мне интересно изучать себя внутри него, пытаться понять, на что я способен в разных его проявлениях.
Вы очень хорошо смотритесь в историческом костюме. Хотели бы посмотреть в сторону костюмных проектов вроде «Войны и мира» или «Истории его служанки»?
Ничего не имею против исторических проектов, за исключением картонных. Я понимаю, что в каких-то проектах есть допуски, определенная эстетическая и художественная задумка, но порой декорации и исторические костюмы превалируют над смыслом. Ты видишь не живых людей, а актеров, одетых в костюмы, подобранные специально для красивой картинки. Если проект устроен таким образом, мне он не интересен. Другое дело, когда это действительно попытка глубоко погрузиться в исторический период, в быт людей, их образ мышления, отношение к миру и жизни. Актерам важно не просто надеть костюм, но и обжить его. Иначе проект превращается в музей восковых фигур. Я редко встречаю качественное историческое кино – не только в российском, но и в зарубежном производстве.
Вы неоднократно заявляли о режиссерских амбициях. Если бы прямо сейчас получили карт-бланш и бюджет на режиссерский дебют, в каком жанре вы бы сняли свой первый фильм? Это был бы крепкий психологический детектив, камерная драма или что-то кардинально противоположное вашему актерскому амплуа?
Если бы я получил карт-бланш на съемки любого проекта с любым бюджетом, мой проект был бы в жанре киберпанка. Мне кажется, этот жанр становится все более современным, поскольку мы постепенно входим в эпоху соединения человека с цифровым миром. Хотим мы этого или нет, но уже являемся его частью. У нас есть свои ID, виртуальные дневники, личные данные. Мы проводим много времени в мессенджерах, чатах и социальных сетях. Часто мы знаем о жизни других людей, даже близких, больше через виртуальное пространство, чем через реальное. Поэтому киберпанк – жанр, который особенно интересно может отражать нашу современность и заглядывать в будущее. Но, отвечая на этот вопрос и вспоминая предыдущий, я бы сказал, что мне было бы интересно и попробовать что-то в историческом жанре. Наверное, это была бы камерная история, посвященная отдельно взятому человеку в отдельно взятую эпоху.
У меня есть некоторые наброски и идеи на эту тему, но пока они находятся на начальной стадии. Пытаюсь в них разобраться и наполнить содержанием.
В одном из интервью вы упомянули, что в нашей индустрии мало внимания уделяется по-настоящему сложным, глубоким женским персонажам и вам было бы интересно исследовать женскую психологию и женские проблемы. Откуда возник этот интерес? Что именно в женском восприятии мира кажется вам более тонким или кинематографичным, чем в мужском? Означает ли это, что в центре вашей будущей картины вполне может оказаться именно сильная женщина? Какую героиню вам хотелось бы показать зрителю?
На этот вопрос можно отвечать бесконечно, потому что тема слишком широкая. Я вижу в женщинах, в отличие от мужчин, больше в хорошем смысле хаотичности. Мужчина с возрастом и жизненным опытом становится более структурированным. Мы раскладываем все по полкам, систематизируем, подгоняем под определенные своды внутренних правил. Так нам легче жить, так мы чувствуем себя увереннее. Женщины же больше доверяют интуиции, эмоциям и чувствам. Им свойственно доверять своим ощущениям больше, чем здравому смыслу или рассудительности.
Не уверен, что мужчины в этом смысле выигрывают. Умение доверять своим чувствам – одна из тех вещей, которые приводят нас к гармонии с собой и своей жизнью.
Многие мужчины загоняют себя в правила, которые им не близки, потому что так жили их родители, деды и предшествующие поколения.
Они считают, что обязаны жить так же, что это закон. Но я не думаю, что это всегда верно. Зачастую нужно слушать себя, свою душу, понимать, чего действительно хочется и к чему она лежит, и идти своим путем.
Мне кажется, женщины в этом смысле больше готовы доверять себе и своим внутренним ощущениям. Им также свойственны гибкость и пластичность. Они часто более открыты миру и поэтому ярче проявляют себя в жизни, работе, отношениях. С точки зрения искусства мне интереснее наблюдать такое эмоциональное и человеческое проявление, чем рассматривать четко сформированного, структурированного, законченного человека, каким часто предстают мужчины.
Кроме того, сейчас у женщин, возможно, за всю историю появилось больше возможностей искать себя, узнавать с разных сторон, находить источники эмоционального счастья. Сегодня можно пробовать разные сферы жизни: спорт, музыку, искусство, путешествия, различные виды активности. Можно летать, прыгать с парашютом, погружаться на морское дно, подниматься в горы, ходить в леса. Я вижу, с каким интересом женщины все это изучают, познают и проявляют себя.
Поэтому, если говорить о персонажах, которых я хотел бы видеть на экране, это женщины, которые смело идут вперед, открывают себя и мир, говорят о своих эмоциях и чувствах, верят в себя. Они любят и уважают себя. Впрочем, это относится и к мужчинам – для обоих полов важно любить и уважать себя. Не быть эгоистом и нарциссом, а относиться к себе с заботой и уважением.
У вас есть счастливое число? Вы, вообще, верите в нумерологию, в магию чисел?
Я не отношусь к нумерологии серьезно, но определенные числа люблю. Мне нравятся 13, 6, 2, 3 и 5. Это связано скорее с визуальным и эстетическим восприятием. Наверное, это не совсем относится к нумерологии, но математика сама по себе, искусство чисел – можно сказать, межзвездный язык. Все в мире построено на математике. В школе я был двоечником, особенно по точным наукам: алгебре, геометрии, физике и химии. Все эти предметы были для меня загадкой. А сейчас в свои 42 года начинаю постепенно открывать для себя эти миры и удивляюсь, насколько много в них интересного, прекрасного и даже, я бы сказал, божественного. И в математике, и в астрономии, и в физике. Особенно сейчас, когда мы быстро продвигаемся в изучении наук и уже исследуем квантовую физику и многие другие области.
Вы говорили, что, если бы не стали актером, пошли бы во врачи. В каком медицинском сериале вы хотели бы сняться и кого бы вы там сыграли?
Я бы сыграл врача любой специализации. Мне кажется, медицина – творческая профессия, в которой талант имеет большое значение. Люди, которые приходят в эту профессию по зову сердца, по предназначению, становятся лучшими врачами. Всегда восхищался ими. Артистов называют целителями душ, но люди, которые способны спасать других в буквальном смысле, лечить тяжелейшие болезни, для меня до слез впечатляющи. Поэтому я бы сыграл любого врача. Конечно, с точки зрения кинематографа наиболее интересны хирургия, операции. Изучение этой микровселенной – человеческого тела – мне кажется невероятно интересным.
Если бы вы могли показать дочери только один проект со своим участием, какой бы выбрали и почему?
Наверное, выбрал бы что-нибудь из своих ранних сериалов. Какие-то первые роли, например сериал «Тронутый», который вышел примерно в 2004 году. Дочери сейчас 14, уже достаточно взрослая. Мне было бы интересно показать ей, каким я был в тот период своей жизни. Не в том же возрасте, что она, конечно, но молодым. Ей вообще интересна история моей семьи и семьи жены: бабушки, дедушки, прадедушки. Для нее важна связь поколений. Поэтому увидеть меня в другой период жизни, думаю, ей было бы интересно.
На днях Брэд Питт заявил, что снова начал пить после семи лет трезвости. Вы тоже уже несколько лет воздерживаетесь от алкоголя. Что могло бы заставить вас последовать примеру Питта?
Это непростой вопрос, и сейчас на него вряд ли можно дать какой-то ответ. По какой причине Брэд Питт после стольких лет снова начал употреблять алкоголь? Я не знаю. Это его жизнь, не моя. Следовать его примеру мне бы не хотелось. Сейчас, на этом этапе жизни, я чувствую, что справился с этой проблемой. Полностью потерял интерес к алкоголю. Понял его бессмысленность и ненужность в этот период моей жизни. И надеюсь, что мы больше никогда с ним не встретимся. Вернее, я надеюсь, что алкоголь никогда больше не станет для меня проблемой.
Я не отношусь к нему отрицательно, не осуждаю людей, которые употребляют алкоголь, и никогда не буду их за это осуждать. Это выбор каждого человека. Уверен, что существуют ситуации, когда алкоголь действительно может помочь человеку: например, снять стресс, когда ему не хватает собственных сил справиться с тяжелым эмоциональным состоянием. В таком случае алкоголь может действовать как обезболивающее. Но это же одновременно и ловушка, которая рано или поздно может привести к зависимости. А зависимость – это уже проблема, с которой нужно бороться. По крайней мере, стараюсь это делать. Никого ни к чему не призываю и никого ни в чем не укоряю. Каждый человек каждый день делает свой выбор и сам решает, как ему жить. Я, Брэд Питт и каждый из читателей – наша жизнь принадлежит нам. Мы сами за нее отвечаем и сами решаем, как ее проживать, в какой форме и с какими убеждениями. Поэтому живите, верьте в себя, заботьтесь о себе, любите других, любите мир, любите ближнего своего и себя тоже.
Смотрите премьеру 8-го сезона сериала «Невский» на канале НТВ и на платформах «Иви», PREMIER, Okko и Wink. Показ детектива «Число зверя» стартует на НТВ 7 октября в 22:15. Сериал также доступен в онлайн-кинотеатрах «Иви» и Okko.
Заглавное фото: Дмитрий Паламарчук / Анастасия Беляк.
